Гносеология учение о познании презентация

Ведь ислам, по сути говоря, ничего нового в концепцию Абсолютного не вносит, реанимируя иудаистическое чувство Абсолютного. Посмотрите, евреи до сих пор не признают христианство, а мусульмане их прямые наследники в этом внутритеистическом сопротивлении идее Боговоплощения. В этом есть промысел, об этом Павел пишет, «пока не войдет полнота язычников». Какой Бог воплотился? Именно она, будучи реализованной в личности Богочеловека, сводит воедино Благо, Истину и Красоту. После Декарта проводилось также различение эмпирического и трансцендентального субъектов, последний из которых представлялся источником того, что эмпирический субъект осознаёт как существующее объективно. Надо отметить, что эта вера имеет определенное психологическое закрепление. Возможны, на мой взгляд, другие введения: возможно культурологическое, возможно психологическое введение, возможно социологическое. Я предпочитаю говорить о философском введении. Мысль человеческая входит в Откровение, а Откровение спускается в мысль, расширяя и преобразуя её. Меня немного смущает, когда Вы говорите, что у Гегеля понимание Бога, если я правильно понял, это в основном абстрактное мышление, абстрактный разум – почти рассудок. Элейская концепция бытия, которое существует само по себе и от себя, важнейший шаг в развитии мышления.

Дело в том, что миф, уходя в коллективное подсознательное, воздействует на то же самое Откровение, преломляя его. Это – введение в системное осмысление познания феномена трансцендентальной памяти и его критическая характеристика в этом ключе «осевой» гипотезы К. Ясперса. Это позиция, получившая свое наиболее полное религиозное обоснование в схоластике. Миф действительно несет в себе определенную историю бытия. В этом смысле миф может быть содержательнее отвлеченных рационалистических построений. Это перетекание текста в жизнь и обратно составляет тот необходимый онтологический фундамент нашей мыслительности и нашего искусства, которого Европа лишена начисто.

Подлинный профессор по духу, а не только по должности и званию оставляет какие-то следы в разуме, зерна бросает в душу человеку. Почему, прежде всего, вопрос о сущности назван «основным», а вопрос об истине – «центральным», хотя это один и тот же вопрос? Переход мышления от чувственности к представлению и далее пониманию разработан диалектической философией очень убедительно. Что особенно дорого мне в том подходе к философии, который исповедует Дмитрий Кириллович? Поскольку как бы мы не относились к божественному статусу Иисуса Христа, напомню слова Иосифа Бродского (об этом раньше Мандельштам говорил), что после Христа иные ценности кажутся варварством, даже самые высокие. Замысел моей книги «Мышление и откровение» – рассматривать проблемы метафизики как науки о бытии, которая выстраивается разумом, в свете интуиций библейского миросозерцания. Такому богу бессмысленно молится. Я говорил об онтологических различиях, которые лежат в основе типов мировоззрений – каков Абсолют по сути. Концепция «абсолютного реализма» Франка меня как раз и не устроила некоторой размытостью и именно двусмысленностью аксиологических критериев.

Перед нами прямое, не боящееся насмешек слово «о Боге и бессмертии», с коим когда-то шли к своим современникам Гоголь, Достоевский и их наследники, слово, звучащее в секулярном и упорствующем в своей секулярности мире. Надеюсь, что если будет написано продолжение, я имею в виду книгу «Бытие и Откровение», то глава о Духе. А.А. Ермичёв: Пожалуйста, еще вопросы. Исти­не в теории познания можно приписать, и обычно приписывается, ряд характеристик (“certain broad platitudes… in terms of which to frame our theory”). Все они согласованы между собой. Философия там никакая, но мировоззрение мощнейшее. И именно тем, что материализм укоренен в вере, он непобедим.

Очень трудно выступать после Константина Глебовича Исупова, потому что любое его высказывание в прозе – почти пушкинская поэзия. Но, тем не менее, он сказал три очень значимые для меня вещи. Во-первых, что такое метафизика. Хотя и протестантская теология выработала свою версию догматики, а философский критицизм по-своему догматичен. Релятивизм – направление в науке, утверждающее, что все знания относительны. Духовное познание я, в противовес магистральной линии философского идеализма, который тяготеет к отождествлению духовного с разумным, а рационального с рассудочным, интерпретирую как сверхразумное.

Это опыт без надежды на тотальное понимание, но дающий быть… Если в теории познания важно понимание мышления как экзистенции, то в философии в целом важно понимание экзистенции как мышления. Постановка вопроса о событийности познания заново ставит вопрос об истине. В классической гносеологии и «знания», и истина были предзаданы познающему сознанию, которое на них было направлено. Познаваем ли мир в целом? 1. ОПТИМИЗМ. принципиальная познаваемость мира: Платон, Аристотель, Гегель, Маркс, Ленин. 2. АГНОСТИЦИЗМ — мир в принципе не познаваем –Кант. 3. СКЕПТИКИ – сомнение в достоверности знания. Очень интересная мысль Дмитрия Кирилловича об откровениях малых и больших. Теория познания, или гносеология, — раздел философии, изучающий взаимоотношение субъекта и объекта в процессе познавательной деятельности, отношение знания к действительности, возможности познания мира человеком, критерии истинности и достоверности знания. Есть мнение, и его обсуждают, что наиболее модный сегодня (идеальный, разумеется) концепт «смысл» – это полу-чувство, полу-мысль. Новоевропейская философия[править | править вики-текст] В новоевропейской философии осуществляется т. н. гносеологический поворот, то есть вопросы познания становятся центральной темой философии. Само наличие такой науки достаточно ясно показывает, что отнюдь не только психология изучает мышление. Непрерывность сознания обеспечивается определенной силой интенсивности-энергичности самого мышления. М.К. Мамардашвили также предлагает мыслить полевые эффекты и действования в актах познания. Убедиться в их истинности со стороны, как правило, невозможно: безнравственное сознание легко находит убедительно звучащие аргументы в пользу своей мнимой истинности.

Свобода, которая даруется самими корнями христианского мироощущения, потому что теория двух истин, о которой еще Ломоносов писал после, конечно, Галилея и Фомы Аквинского, и всё то, что связано с рождением новоевропейского проекта, возможно было только в условиях христианского мироощущения. Все важны, на мой взгляд, они находятся во взаимоопосредовании. Это ампилифицирование чувственности: тело – это орган смысла. В этом понимании живой событийности субъективности М.К. Мамардашвили и Ж. Делез конгениальны и одновременно оригинальны. Другое мировоззрение, которое философией в точном значении слова не является, — это материализм. Однако экзистенциальный материализм делает специальный акцент на единстве Dasein и Bewuβtsein. Он признает, что «стоящий за» истиной объект – это сама гармония человека и мира в ее высшем выражении. Объективно все то, что не зависит от сознания, воли, желаний. Онтология активно критиковалась классиками идеализма (Кант, Гегель). В дальнейшем онтология получила определение, как наука о мире в целом. Рассудок ничего не может созерцать, а чувства ничего не могут мыслить. Гегелевский идеализм потому и называется, причем совершенно справедливо, «абсолютным», что он представляет собой мощнейшую логизацию теизма изо всех имевших место в истории. А.А. Ермичёв: Пожалуйста, вопрос. Можно так сказать, что Абсолют у Гегеля не свободен от своей субстанциальности.

Язычество – народная религия, и язычники упрекали первохристиан именно в атеизме. Философия – это теория мировоззрения. В жизни же все люди в той или иной мере суть безмолвные и непрофессиональные философы. Таким образом, объектами становятся существующие независимо от человека вещи, явления, процессы, которые осваиваются либо в ходе практической деятельности, либо в ходе познания. В этой связи ясно, что понятия объекта и предмета отличаются друг от друга. Спецификой философского познания является стремление выйти за пределы действительности и найти фундаментальные принципы и основы бытия, определить место человека в нём. Есть мыслители более онтологического склада, как тот же Гегель. Но неучтенность или даже редуцированность аксиологического элемента вносит в гегелевскую систему такие глубокие искажения, которые доступны только великим мыслителям. Энциклопедия эпистемологии и философии науки. М.: «Канон+», 2009. . Например, Г. Фреге писал: «Мысль есть нечто внечувственное, и все чувственно воспринимаемые вещи должны быть исключены из той области, в которой возникает вопрос об истине»[8]. Первыми же, как почти во всем, были древние греки. Причем вещей не только чувственных, но и сверх-чувственных. Идеализм – это законническое мировоззрение в хорошем смысле этого слова. Однако мышление представляет собой и нечто большее, чем познание сущего и его бытия.